Вадим Демидов: о романе #Яднаш и своей новой книге

Интервью
Роман лидера группы "Хроноп", писателя Вадима Демидова #Яднаш сегодня вышел в издательстве ЭКСМО и будет номинирован на премию «Большая книга». Действие романа происходит на фоне все нарастающего абсурда и ненависти, которые раскололи российское общество в результате событий в Украине и присоединения Крыма к России. Вадим Демидов рассказал нам, как шла работа над романом и что сподвигло его взяться за такую неоднозначную тему.

Что для вас важнее: выход романа в большом издательстве или номинация на «Большую книгу»?


Вы должно быть не в курсе, что у меня уже была книга в «Большой книге» и попала в лонг-лист, это был 2011 год. Речь - о дилогии о хронопах, что выходила в издательстве «НЛО». Но выход Яднаша в ЭКСМО – конечно, лестная штука. У них отличная дистрибуция, что для любого автора важно.

Я хотел бы процитировать главного героя: «Мы уже вступили в гражданскую войну. Только пока она идет довольно странным макаром. Война на клавиатурах. Собрались войска, расселись в кружок с айфонами, смартфонами и прочими наладонниками и давай забрасывать друг друга смертельными статусами. Чей коммент наберет больше лайков, тот и триумфатор». С того дня как вы завершили роман прошел почти год. Что происходит с «гражданской войной на клавиатурах» сегодня?

Ну как вы понимаете, в словах Кротова есть ирония. Но это настоящая холодная гражданская война. Когда я сел за роман, раскол общества, противостояние лагерей, их ненависть и непримиримость – все это только-только вызревало. Люди еще пытались друг друга перетащить в свой лагерь, приводя какие-то аргументы, доводы, резоны. Сегодня же позиции лагерей уже, можно сказать, созрели, налились и плодоносят. И тот раскол в начале года 2014-го казался тонкой трещиной, а сегодня на этом месте бездна.

В противостоянии условных «почвенников» и «западников» вы как автор занимаете ту же сторону, что и в жизни. И это понятно. А когда писали роман, пытались ли вы оказаться «над схваткой» или такой цели не было?


Я старался быть над схваткой. Поэтому прислушивался к доводам обеих сторон. Но мои симпатии принадлежат прогрессистам. С этим я ничего не могу сделать. С другой стороны, я не понимаю, как эти два непримиримых лагеря вообще могут ужиться. Ведь, по сути, у них лишь одна платформа – это язык.

Даже русскую историю каждая из сторон переписывает под себя. И каждый пытается приватизировать как можно больше гениев русской литературы.

Так, например, Бродский сегодня считается поэтом имперским, державником. И в итоге эволюция у меня начинает развиваться по двум веткам…


Как у Гребенщикова: «Люди не могут согласиться друг с другом практически не в чем. В конце концов - это их дело».


Ну все-таки какие-то общие принципы придется выработать, где-то придется им сойтись – иначе все плохо. Меня печалит, что сегодня мейнстримом становится мировоззрение маргинальное. Вот хотя бы два маргинальных положения, которые сегодня большинством взято на вооружение: несогласие есть предательство и пацифизм предосудителен, поскольку жизнь есть вечная борьба.


Оруэлловщина какая-то…


Увы. Патриотизм не может выражаться в оправдании всего, что делает твоя Родина. Нельзя не признать за человеком права что-то думать о ней. Однако такая позиция сегодня большинством объявлена нацпредательством. С этого, возможно, и начался раскол.


Рок-музыканты мне всегда казались людьми сходных базовых ценностей. Причем именно либеральных. Но и здесь не обошлось без разделения на «свой - чужой». У вас есть объяснения, почему некоторые рокеры оказались в противоположном лагере?


Ой, я об этом, честно, размышляю два года. Все, кто начинал заниматься рок-н-роллом в 80-е, прошел через систему культурных запретов, отмены концертов, литовок текстов песен и прочие прелести того времени. И конечно, почти у всех восьмидесятников были социальные вещи, критикующие ту власть. Сегодня же часть тех рок-героев заняла провластную позицию. Но в принципе это нормально. Лишь бы не науськивали воевать, например. Тут можно вот что заметить.

Вообще когда литераторы или музыканты озвучивают свою политическую позицию, они должны отдавать отчет, что могут потерять часть аудитории.

Что, кстати, и случилось - Скляра перестали слушать либерально настроенные люди, а Макаревича прокляли «охранители».


А на вашу музыкальную деятельность как-то повлияла вся эта ситуация?


У меня слишком маленькая аудитория, чтобы я мог такое заметить. Но, безусловно, крымнашисты на мои концерты теперь не ходят.


Еще одна цитата из книги: «Податливое большинство, которое мы сейчас наблюдаем, оно не с бухты-барахты возникло. Его вырастили искусственно – с помощью телевизора, радио и газет. Его вывели в лабораториях кремлевских политтехнологов». Разве причина только в государственной пропаганде? Мы не преувеличиваем ее значение?

По-моему, не преувеличиваем. Если бы по телевизору постоянно передавали концерты, скажем, Поп-механики Курехина или Арво Пярта, то мы бы жили в другой стране. Ведь пропаганда хорошо легла на некритичные мозги. А как у человека выработать привычку во всем сомневаться, не верить на слово, а все проверять, искать доказательства? Просвещать надо мозги.

Будет ли книга понятна людям, которые не участвуют в фейсбучных дискуссиях и даже их не читают? Тем, кто не пользуется соцсетями?

Дело в том, что я не пишу беллетристику, и у меня голова вообще не занята тем: поймут – не поймут.

Я написал этот текст, потому что он лез из меня, причем из всех щелей.

Я как бы выговориться должен был. А то, что первый нижегородский тираж раскуплен и что крупное издательство его выпускает, это бонус. Но вообще сегодня люди, которые не заводят аккаунты в соцсетях, они и не читают книги вовсе. Они в танке. И им роман не адресован совсем.

Если бы Вадим Демидов оказался на месте Сергея Кротова, он бы поступал также? Он бы также совершал небольшие подвиги, мучился раздвоением личности и ждал, пока система его сама не выплюнет, или сопротивлялся?

Сложный вопрос. Вообще-то я больше себя ассоциирую со Славкой, журналистом. Который, кстати, транслирует мои реальные посты в фейсбуке. И, в конце концов, его выпирают из еженедельника, в котором он работал. А Кротов… Как ни странно, очень распространенный тип. Я бы даже сказал, что он немножко советский человек. Он знает, как правильно, знает, как устроен мир, но это знание он оставляет для себя и, может быть, для самых близких. И есть еще модель поведения на работе – где он просто выполняет приказы. И то, что где-то он там творит малые добрые дела, это вполне вписывается в его представления о двойной морали. Мы так часто себя ведем.



После прочтения романа кажется, что единственный выход для здравомыслящих людей - эмиграция. Вы не задумывались о переезде?

Я нет. Мне кажется, что здесь происходят какие-то крайне важные вещи, и интенсивность событий будет нарастать – и поэтому мое место здесь. Впрочем, и для эмигрантов связь с Родиной не обрывается. Все они в фейсбуке, все варятся в том же, нашем соку. Вот в наркоманской среде есть понятие «созависимый», это родители наркомана, его близкие, друзья. Те, кто болеет душой за его выздоровление. И сегодня мы все созависимые Родины. И русские эмигранты в том числе

У вас есть одноименные песни с двумя предыдущими романами: «Сержант Пеппер, живы твои сыновья!» и «Там, где падают ангелы». Появится ли песня «Яднаш»?


Ответ: нет. Дело в том, что те романы о хронопах, в одном романе все происходит в 84-м, во втором 25 лет спустя. Это такая немножко мушкетерская история. И поэтому я взял названия двух хроноповских песен, причем песни как раз из двух разных хроноповских эпох.


Один из героев романа высказывает надежду, что вдруг появится «молодой умница, возглавит процесс – и устроит на этой территории мирную счастливую жизнь». То есть опять мы ждем нового вождя и «сильную руку»?

Это Кротов так думает. И думает, разумеется, по-советски. Но, безусловно, сегодня явная нехватка молодых людей, которые бы мечтали о немилитаристском будущем России и аккумулировали вокруг себя «здоровые силы». А вот молодых оголтелых людей, которые рекрутируют пушечное мясо для Новороссии и собирают на улице деньги на оружие, таковых слишком много. Я вижу перекос. Одних мало, других – перебор. Когда молодых прогрессистов будет много – тогда и заживем. Не раньше.

Кстати, так думает другой герой – доктор, а не Кротов.

(Смеется) Я уже из вселенной Яднаша благополучно отъехал и сейчас нахожусь целиком в космосе нового романа. А Яднаш уже начал подзабывать. Но это нормально.

Вот как! О чем будет новый роман?

Рабочее название романа «2028». Часть событий происходит именно в 2028 году. Дочь музыканта, пострадавшего от репрессий Черной Дыры 2018 года, собирает свидетельства, проливающие свет на его жизнь после ареста. Расспрашивает тех, кто с ним сидел. И фоном идут похождения музыканта на протяжении всех этих лет. Местами веселый роман, местами дико мрачный. Собственно как и наша фантасмагорическая жизнь.

Комментарии
  • Вконтакте
  • Facebook
Другие статьи
"Новая жизнь с понедельника": 5 книг о том, как найти новое хобби 6 книг, создающих зимнее настроение Год литературы: 7 книг о писателях и писательском ремесле
Поэзия ради поэзии: кому и зачем нужны литературные клубы 10 книг о Второй мировой войне: взгляд изнутри ЧЕРНОВИКИ: Mokko fm в Нижнем Новгороде
5 книг, которые согреют вас холодным осенним вечером Литературная полуночь В Нижнем появился литературный клуб Dobrolubov