Пётр Николаевич Нестеров

Люди
Лётчик Пётр Николаевич Нестеров, известный как автор мёртвой петли и вообще основоположник высшего пилотажа в авиации, оказался за рулём аэроплана нежданно-негаданно, непродолжительно и навсегда.

Нижегородец по происхождению, в возрасте 19 лет, окончив кадетский корпус в числе лучших учеников, он был направлен в Санкт-Петербург в Михайловское артиллерийское училище. Отучившись, Пётр ушёл на службу по специальности — в звании подпоручика его распределили во Владивосток. Интересно, что во время службы в 9-ой Восточно-Сибирской стрелковой артиллерийской бригаде Пётр уже увлекался авиацией — в 1910 году он построил планер и даже летал на нём.

Неизвестно, так и стрелял бы он по целям да мишеням (может, даже и с аэростата, правила корректировки стрельбы с которого он лично разработал), но судьба уготовила ему особенную роль — приехав на малую родину в отпуск в 1911 году, он познакомился с учеником экстраординарного русского механика, создателя науки — аэродинамики профессора Жуковского Петром Соколовым. Тот зажёг в 23-летнем Нестерове такой интерес к авиации, что Нижегородское общество воздухоплавания немедленно пополнило свои ряды ещё одним членом.

На заре покорения воздуха любой энтузиаст мог приблизиться к желаемому — и уже через два года Пётр, сдав экзамены на пилота-авиатора и военного лётчика, впервые совершил свой самостоятельный полёт. А в 1913 году окончил курс Офицерской Воздухоплавательной школы и отправился в Киев, назначенный служить в роту авиационного отряда, предварительно пройдя стажировку в Варшаве на самолёте «Ньюпор».

Именно этот самолёт, принятый на вооружение в российской армии, и пронёс на своих крыльях Петра Николаевича Нестерова в историю: 27 августа 1913 года над Сырецким полем в Киеве лётчик впервые в истории выполнил замкнутую петлю в вертикальной плоскости на самолёте «Ньюпор-4» с двигателем «Гном» 70л.с. Это событие описано было в рапорте так: «на высоте 800–1000 метров выключил мотор и начал пикировать. На высоте около 600 метров, включил мотор, поднял самолёт вверх, описал вертикальную петлю и пошёл в пике. Мотор снова выключил, выровнял самолёт и, спуская по плавной спирали, благополучно приземлился».

Такое безрассудство было оправдано: Нестеров был не только практикующим пилотом, но и обладателем глубоких познаний в области механики и математики, а возможность глубокого маневрирования самолётами была доказана им на бумаге. «В воздухе везде опора», — писал он. Но более всего на Петра Николаевича повлияло известие о том, что французский лётчик Адольф Пегу готовится совершить «мёртвую петлю».

Только «опоздал» француз на 6 дней, да и, по мнению авиаторов, выполнил не замкнутую петлю, а S-образный манёвр, ненадолго оказавшись головой вниз. Когда в мае 1914 года Пегу прибыл в Санкт-Петербург для демонстрации своего лётного мастерства, Нестеров разослал по редакциям российских газет телеграмму: «Императорскому аэроклубу уже давно необходимо подтвердить, что первую „мёртвую петлю“ совершил русский лётчик…».

Споры о том, кому всё-таки принадлежит первенство — французскому лётчику-шоумену, или военному русскому пилоту, продолжались в прессе ещё некоторое время: французская печать, влюблённая в свою авиацию, оставила это событие почти незамеченным, тогда как в Северной Америке и Западной Европе каждый новый полёт авиаторов был описан на радость широкой публики, а в России (преклоняющейся в тот момент перед всем иностранным) газеты о своих лётчиках писали намного скромнее, не в силах взять правильную линию в оценке «нестеровской петли».

Печать печатью, но сам Пётр Николаевич Нестеров до начала Первой Мировой войны был признан современниками и отмечен наградами: золотой медалью Киевского общества воздухоплавателей, а от лица города Киевское руководство вручило новатору памятный жетон, с которым тот не расставался до конца жизни.

В 1914 году Нестеров был произведён в штабс-капитаны и назначен начальником авиационного отряда, базирующегося в Киеве. С началом военных действий он отбыл на Юго-Западный фронт, где принимал участие в освобождении города Львова. Выполнял он не только воздушную разведку, но и специальные операции, например, одним из первых в России бомбардировал неприятельские позиции приспособленными для этого артиллерийскими снарядами. Да так эффективно, что австрийское руководство пообещало тому, кто собьёт аэроплан Нестерова, выплатить крупную денежную сумму.

За несколько месяцев войны Нестеров осуществил 28 вылетов, а 8 сентября 1914 (26 авг по ст.ст) соврешил свой последний подвиг: близ города Жолква (Львовская обл.) протаранил австрийский самолёт, ведущий разведку передвижения русских войск с воздуха. Тяжёлый «Альбатрос» под управлением Франца Малина шёл на высоте, недосягаемой выстрелами с земли, в то время как Нестеров пошёл им наперерез на лёгком «Моране».

В начале войны у воздушных средств не было оружия, кроме как карабинов да револьверов пилотов, поскольку основной задачей авиации командование видело разведку, поэтому таран был единственным эффективным способом сбить вражеский самолёт.

Как ни пытались уйти от столкновения австрийцы, им это не удалось — самолёт Нестерова врезался в хвост «Альбатроса». После этого австрийская машина пролетела ещё некоторое время, затем завалилась на левый бок и ухнула вниз. Оба самолёта разбились вместе с пилотами — русский ас погиб, предположительно, ещё в воздухе, от перелома позвоночника. На тот момент ему было всего 27 лет.

На месте гибели Петра Нестерова у г. Жолква был сооружён монумент, а сам лётчик похоронен на Лукьяновском кладбище Киева. В январе 1915 года его наградили орденом святого Георгия 4 степени посмертно.

Расследование по факту гибели штабс-капитана Нестерова показало, что он не собирался ценой собственной жизни уничтожать врага, а хотел доказать, что является возможным сбить неприятельский воздухоплавательный аппарат ударами сверху собственной машины, причём с благополучным исходом для таранящего лётчика. Именно так удалось сделать поручику А. А. Казакову в марте 1915 года и в целости вернуться на аэродром.

Памятные факты:
Город Жолква Львовской области на Украине носил имя «Нестеров», а монумент в 1980 году сменил мемориал памяти героя-авиатора: памятник с мёртвой петлёй, заканчивающийся взлётом вверх реактивного самолёта и небольшой музей. После распада СССР и получения Украиной суверенитета музей был сначала заброшен, а затем разграблен.

В 1962 году Международная авиационная федерация ввела переходный приз для победителя первенства мира по высшему пилотажу — кубок имени П. Н. Нестерова, а в истории современной России с 1994 года существует также и медаль Нестерова, которой награждаются военнослужащие ВВС и авиации других видов и родов.

Имя русского аса носят улицы и переулки в Москве, Киеве, Минске, Санкт-Петербурге, Гатчине, Балашихе и Нижнем Новгороде.

Имя «Нестеров» присвоено астероиду № 3071.

Комментарии
  • Вконтакте
  • Facebook
Другие статьи
Литературный Нижний Современный взгляд на хрущевки: часть первая 19 сентября состоится творческая встреча с краеведом Ольгой Наумовой
Традиции и быт народов нижегородского Поволжья Их знают и помнят на Волге "Той дальнею войной сердца опалены…"